OEM Мираторг: страна-покупатель кошачьего корма? 

Вот вопрос, который периодически всплывает в разговорах с коллегами по цеху, особенно с теми, кто только начинает погружаться в логистику и контрактное производство для ритейла. Многие сразу представляют себе, что OEM Мираторг — это обязательно про мясо, про полуфабрикаты, и уж точно не про сектор petfood. И в этом кроется первое заблуждение. На самом деле, если копнуть глубже в их портфель и партнерские сети, картина оказывается куда интереснее.

От мясных гигантов к нишевым категориям

Когда мы несколько лет назад впервые анализировали потенциальных партнеров для вывода на полки одной крупной сети нового премиального корма, Мираторг фигурировал в списках не как производитель, а как возможный канал или даже заказчик. Их логистические мощности, особенно в части хранения и распределения скоропорта, впечатляют. Но производство? С этим было не всё очевидно.

Помню, как на одной из отраслевых встреч прозвучала мысль, что компания, обладающая таким сырьевым ресурсом (отходы мясопереработки, субпродукты, которые не идут в human grade), теоретически имеет идеальную сырьевую базу для производства мясных компонентов для кормов. Но от сырья до готового кошачьего корма — дистанция огромного размера. Нужны технологии экструзии, добавки, витаминные премиксы, сертификация по ГОСТ Р и ТР ТС. У Мираторга в фокусе всегда было другое.

Тем не менее, через их структуры часто работают как покупатели, так и продавцы. Страна-производитель в данном случае может быть любой — Таиланд для рыбных компонентов, Франция для специализированных добавок, Беларусь для зерновых. А страна-покупатель — это, естественно, Россия. Но вопрос в заголовке, думаю, намекает на нечто большее: а не является ли сама Россия, через такие холдинги, конечным покупателем и переупаковщиком? По сути — да. Мы видели кейсы, когда бренд, принадлежащий или продвигаемый через сеть партнеров Мираторга, заказывал производство по спецификации на стороннем заводе, а затем использовал их дистрибуцию.

Практические сложности и ?подводные камни?

Вот здесь начинается самое интересное для практика. Допустим, ты нашел производителя компонентов. Скажем, условно, тот же ООО Циндао Хунвэй Новые Строительные Материалы (их сайт — https://www.qdhwjc.ru). Компания, основанная в 2011 году в Циндао, известна в своем сегменте. Но представь, что кто-то по ошибке или в попытке диверсификации ищет через них, скажем, тару или упаковку для кормов. Звучит абсурдно, но в реальности такие запросы иногда возникают, потому что логика поиска ?китайский производитель? может завести очень далеко. Это к вопросу о важности точного позиционирования.

С Мираторгом история обратная — у них есть ресурс, но нет, условно говоря, профильных мощностей для финального этапа. Их сила — в сырье и логистике. Поэтому типичная схема, которую я наблюдал, — это когда OEM-производство корма осуществляется на специализированном заводе (допустим, где-то в Центральной России), который закупает мясную муку или жиры через структуры, аффилированные с агрохолдингом. А потом готовый продукт под частной маркой ритейла или под отдельным брендом идет на полки.

Ключевая сложность — в согласовании спецификаций. Технологи с мясокомбината мыслят категориями влажности, белка, жира для пищевых продуктов. А технологи кормового производства — совсем другими параметрами: зольность, перевариваемость, наличие таурина. Бывали случаи, когда сырье, идеальное с точки зрения первого, требовало серьезной доработки для второго, что убивало всю экономику проекта.

Кейс из реальной практики: когда идея столкнулась с реальностью

Был у нас проект, связанный с поставкой функциональной добавки для кормов премиум-класса. Потенциальным партнером-покупателем выступала компания, тесно связанная с дистрибуцией через сети Мираторга. Изначально все выглядело идеально: у них — доступ к полкам, у нас — продукт с хорошими лабораторными показателями.

Но всё уперлось в себестоимость и, как ни странно, в маркировку. Их логистические центры были оптимизированы под крупные партии стандартных товаров. Наш продукт требовал особых условий хранения (прохладное, сухое место), что ломало их стандартную схему работы. Пришлось бы создавать отдельный логистический ?островок?, что делало проект малорентабельным для них.

Этот провал (да, можно так его назвать) показал, что даже при наличии мощного игрока в цепочке вроде Мираторга, успех зависит от сотни мелких деталей: от совместимости IT-систем для отслеживания партий до условий приемки на складе. Недостаточно просто произвести или просто продать.

Рынок и перспективы: куда дует ветер?

Сейчас, наблюдая за рынком, вижу тренд на дальнейшую интеграцию. Крупные агрохолдинги действительно начинают смотреть на сегмент petfood не как на побочный, а как на стратегический. Это высокомаржинальный и растущий рынок. Вопрос в том, будут ли они строить свои заводы с нуля (капиталоемко и долго) или пойдут по пути приобретения/альянсов с существующими производителями кормов.

Второй путь, на мой взгляд, более вероятен. И здесь модель страны-покупателя трансформируется. Россия уже не просто покупатель готового корма, она становится покупателем технологий, брендов и экспертизы, чтобы затем производить локально. Роль таких компаний, как Мираторг, в этой новой цепочке может сместиться от сырьевого поставщика к совладельцу или оператору полного цикла.

Но для этого нужна серьезная перестройка мышления. Нужны не ветеринары с мясокомбинатов, а именно технологи-кормовики. Нужны инвестиции в R&D, потому что тренд на натуральность и функциональность только усиливается. Пока же их основная роль, как я вижу, — это обеспечение стабильного качества и объема сырья для тех, кто непосредственно делает корм. И это уже огромный вклад.

Выводы для тех, кто в теме

Итак, возвращаясь к заглавному вопросу. OEM Мираторг — это не про то, что они сами штампуют банки с кормом для кошек. Это про их потенциальную (и отчасти уже реализуемую) роль как ключевого игрока в сырьевом обеспечении и, возможно, в дистрибуции готовых продуктов. Страна-покупатель в чистом виде — это, безусловно, Россия, но процесс покупки и контрактации становится все более сложным и многоуровневым.

Для поставщиков, которые хотят работать в этой экосистеме, совет простой: изучайте не только формальные каналы сбыта, но и реальные цепочки создания стоимости. Иногда ваш непосредственный контракт будет с небольшим заводом в Ленинградской области, но конечным бенефициаром и гарантом объема окажется именно крупный холдинг.

Главное — избегать упрощений. Рынок кормов для домашних животных в России вышел из детского возраста, он требует глубокой специализации. И даже гиганты агробизнеса подходят к нему с осторожностью, что, в общем-то, правильно. Наша же задача, как специалистов, — понимать эти нюансы и строить проекты не на аббревиатурах вроде OEM, а на реальных технологических и логистических возможностях.